Удивительные люди. Смелые люди. Покрытые толстым слоем горной романтики. Поющие-слушающие песни бардов, а не «Мираж» или «Иванушек». Бросающие вызов, а не пьющие пиво на скамеечке у дома. Такое примерно сложилось у меня представление после Аниных рассказов. Мир дико привлекательный. Но входа у меня в него не было. А жаль.

Отбросив скромность, я напросилась. На скалы (есть под Питером такое место, Мекка туристов-альпинистов). В совершенно чужую компанию, где я никого не знала. Но к своей судьбе я шла напролом. Мифические (для меня они так и остались размытыми образами из Аниной жизни) попутчики не сели в электричку на условленной станции. Сначала ещё была надежда, что мы просто перепуталт вагон. Прошли по составу. Никого знакомого. Но юношеский пофигизм не дал вернуться. После электрички – «подкидыш» на узкоколейке. Доехали. Перон опустел. Последняя группа туристов исчезла в темноте сентябрьской ночи. Настал момент, когда стало окончательно понятно, что товарищей Аниных нет и не будет. Как не будет и многих необходимых в походе вещей. Ни палатки, ни топорика, ни фонарика. Всё это было не в нашей части раскладки. В наших рюкзаках лежали, по большому счёту, только еда и личные вещи. Вариант сидеть до утра на платформе то ли не пришёл в наши головы, то ли был отвергнут как малодушный. А может, мы вообще не думали, что возможно для 17-19 летних девчонок, склонных к авантюризму. Не помню. Так или иначе, мы пошли. В темноту. Не зная пути, ориентируясь только на еле слышные голоса впереди идущих. Совершенно не понятно, на что надеялись? Как ни странно, было весело. Некоторую гарантию безопасности давала скачущая вокруг нас Дея, мраморный дог-недоросток, жертва моей неуёмной любви к собакам и неумелого воспитания. Тропа Хо Ши Мина, так назывался этот путь в народе, была потеряна нами где-то через полчаса. Голоса впереди стихли. Сидим на брёвнышке. Думаем. Или ждём знака судьбы. Он не приминул. Дея залаяла басом, голос у неё, и правда, был внушительный, в отличии от роста и воспитанности. Не помню, чтобы испугалась. Плохого в голове как-то не было. (Глупость? Доверчивость?). В прыгающем свете фонариков появились трое. Мужеского полу. Одного из них называли Томми. (Его, кстати, и теперь так зовут. На работе. Австралийские коллеги.)
В принципе, занавес можно опускать. Жизненно определяющая встреча уже произошла. Хотя дальше было море романтики. Нас любезно проводили до стоянки. Выделили палаточку. (Справедливости ради, надо отметить, что взамен парни получили кашеваров.) Ужин и песни у костра. Одинокий гитарист. Сердце тает. Нет, скорее скачет галопом. (Я, кстати, ещё с детства знала, что мой суженый будет усат.)
«А потом будут в жизни дары и находки,
Много встреч, много странствий и много...» детей.

Так, или примерно так, это случилось. Если что напутала, простите, это ведь было давно. 17 лет назад. 23 сентября 1994 года.