В понедельник АС явился на работу с подбитым глазом, боевой царапиной поперек носа и постанывая на ходу. Честное слово, не виноватая я! Он сам предложил поиграть в эту опасную игру. Называется off-trail hiking. Ломиться кустами мы и раньше пробовали. Но чтоб так безжалостно -- это впервые. А всё проклятая Tinderry. После того как мы всем кагалом благополучно доползли до Twin Peak, самомнение предательски нашёптывало, что самая высокая вершина Tinderry Range не настолько выше, чтоб испугать нас, престарелых кустоходителей. Pазница не принципиальная. К тому же, без отпрысков чего б не дойти?

Встали затемно. К рассвету были на месте. По заиндевелой земле бодрыми козликами доскакали до конца дороги (-6оC -- эффективный ускоритель движения). Полные сил, веры в себя и предвкушений вступили в борьбу с буреломом и нагромождениями гигантских камней. Бой был заведомо неравный. Сначала мы с АС даже шутили. Через полчаса замолчали. Ещё через час начали сдержанно чертыхаться. Под конец, только хруст ломающихся на пути деревьев сопровождал наше упрямо-хаотическое продвижение. Условно допустимая лексика уже не передавала всю глубину наших чувств. В принципе, мы были предельно близки к провалу экспедиции. Странно, что Tinderry сдалась первой.

Момент беспередельного счастья был очень краток.

Даже и чайку не попили.

Огляделись, увековечились, передали телефоно-привет детишкам -- и бегом вниз. Опасались, что найти в густом лесу свиную ловушку, от которой началось бездорожье, будет даже труднее, чем вершину. С присущей мне безудержной фантазией очень легко визуализировать мрачные картины смерти от переохлаждения, голода и тоски. АС даже пригрозил, что мой лосиный бег, вызванный панической атакой, убьёт его раньше, чем мы выберемся на большую землю.

Второй раз в тот день мне было предельно хорошо, когда нашлась наконец дорога. Даже, пожалуй, лучше, чем наверху. Когда мы в сумерках доковыляли к машине, стало совсем спокойно. Итого, по лесу мы интенсивно шлялись девять часов, что в нашем запущенном случае равносильно карманному подвигу. 

За последние два дня сладость победы заметно опреснилась, а недоумение осталось: как это такую живописную возвышенность до сих пор не отропинили?